В Украине нарастает общественное напряжение: впервые с момента масштабных протестных волн президент Владимир Зеленский выступил с заявлением, призванным разъяснить судьбу Национального антикоррупционного бюро (НАБУ) и Специализированной антикоррупционной прокуратуры (САП). Это обращение, вышедшее спустя несколько бурных дней, стало своеобразным ответом на уличные возмущения против недавно принятого закона, который урезает полномочия ключевых антикоррупционных ведомств страны.
Митинги обретают опасные масштабы
Вечер 22 июля стал пределом терпения для многих граждан: города погрузились в атмосферу нестабильности. На улицы Львова, Одессы и Днепра с протестом против ограничения функций НАБУ и САП вышли сотни людей. Неспокойно было и в Киеве, где правительственный квартал оказался под усиленной охраной — тревога в воздухе ощущалась буквально физически. Массовая критика в адрес руководства страны переросла в яростные лозунги, выкрикиваемые демонстрантами, которые обвиняли и окружение Зеленского, и лично его в предательстве интересов борьбы с коррупцией.
Во мгновении ока лозунги протестующих стали резкими: «Зеля — черт!» — прозвучало среди недовольной толпы, что свидетельствовало о впервые столь явном массовом конфликте между обществом и президентом после принятия резонансного закона. Эти слова подхватили многие митингующие, превращая эпизод недовольства в мощный заряд социального давления.
Зеленский обещает перемены без российского влияния
В этой конфликтной атмосфере Владимир Зеленский принял слово. Он подчеркнул: несмотря на новый закон, принятый и подписанный им лично, антикоррупционные органы — НАБУ и САП — продолжат деятельность. Президент выразил уверенность, что эти структуры станут работать «в полной мере, без малейшего российского вмешательства, от которого необходимо навсегда очистить украинскую юстицию и государственность». Зеленский утверждает: именно после подобных реформ справедливость сможет вернуться на украинскую землю, и «ни один коррупционер не уклонится от ответственности».
Особый акцент он сделал на позиции Генерального прокурора, который, по его словам, намерен создавать прецеденты неотвратимости наказания для всех, кто преступает закон, вне зависимости от политических связей и чиновничьих рангов. Подчеркивая неизбежность этих перемен, Зеленский заверил общество: «НАБУ и САП — мощные институты, которые не позволят увязнуть ни одному расследованию, как бы этого ни хотелось внешним силам».
«Беглецы» вне закона и странные информационные дыры
Во время выступления Зеленский неоднократно обращался к теме бывших чиновников, которые, как он отметил, «безнаказанно живут за границей», в то время как против них возбуждены уголовные дела на громадные суммы. Эти производства годами остаются без движения, что вызывает недоумение даже у президента. «Люди бегут, дела висят, миллиарды утекают, а объяснений — нет», — выразился он с явным раздражением. Справедливость становится буквально пустым звуком, если виновные спокойно пользуются украденным, находясь вдали от украинских границ.
Не меньше Зеленского возмущает и вопрос информационной безопасности: он по-прежнему не может понять, по какой причине враждебные государству структуры продолжают получать критически важную информацию о внутренней ситуации Украины. «Мы должны раз и навсегда избавиться от этих каналов утечки данных», — недвусмысленно заявил президент.
Грядет ли новое противостояние?
Масштаб текущего противостояния между властью и обществом пока лишь нарастает. Закон, рассматриваемый многими как попытка ослабить контроль над политиками и элитой, уже вызвал бурю эмоций. Сотни митингующих на улицах, критика в адрес верхушки государства и резкие выступления политиков в парламенте — все это объединяется в общий нервный фон, который может перерасти в глубокий политический кризис.
Сам Владимир Зеленский оказался перед непростым выбором: поддержка реформы и сохранение контроля за антикоррупционной системой или риски нового витка масштабных волнений, несущих угрозу стабильности в государстве. Ответ президента прозвучал уверенно, но в нынешней обстановке только время покажет, сохранит ли антикоррупционная инфраструктура независимость, или же давление улицы внесет свои неотвратимые коррективы.
