На протяжении ХХ века Соединенные Штаты Америки наращивали свои ядерные арсеналы и запасали передовые химические средства, однако реального применения этого грозного арсенала в ходе войны во Вьетнаме так и не произошло. Как отмечает военный историк Евгений Белаш, немалую роль здесь сыграли не только стратегические расчёты, но и политические нюансы, общественное мнение и глобальные опасения эскалации конфликта. Хотя противостояние в джунглях Юго-Восточной Азии запомнилось миру многими драматичными эпизодами, ключевые решения американских президентов, среди которых были Линдон Джонсон, Ричард Никсон и позже Джордж Буш-старший, окончательно определили судьбу оружия массового поражения на десятилетия вперед.
Тактическое ядерное оружие: иллюзии и ограничения
Военные научные круги США тщательно прорабатывали различные сценарии задействования тактических ядерных зарядов в условиях Вьетнамской войны. Один из анализов заключался в моделировании нанесения ядерного удара по густым джунглям: даже если бы часть партизан была уничтожена, заражённая радиацией почва быстро была бы частично нейтрализована. Укрыв джунгли мешками с землей, спустя несколько недель могла бы открыться возможность передвижения техники, доставляющей вооружение вьетконговцам.
Однако такая стратегия была признана неэффективной и, что гораздо важнее, крайне опасной в международном масштабе. Белаш подчеркивает: существовала реальная угроза "ядерного ответа" со стороны СССР или Китая. Считалось, что одна из сверхдержав может тайно снабдить партизан ядерной бомбой, которую можно было бы подвести к американской базе на обычном трофейном грузовике. Это мгновенно превратило бы американские войска в уязвимую цель. Оценив эти риски, Вашингтон решился отказаться от фантазий, связанных с применением ядерного оружия во Вьетнаме, выбрав более осторожную и взвешенную линию поведения.
Невидимая война: газовые атаки и радикальные инновации
Хотя запрет на использование ядерных зарядов и сдерживал стороны от опаснейшей эскалации, война во Вьетнаме всё же сопровождалась интенсивным применением других средств — прежде всего химических. Слезоточивые газы широко применялись, причем как армией США, так и северными вьетнамцами, которые использовали трофейные образцы. Евгений Белаш отмечает, что подобная тактика нередко становилась решающей на поле боя: например, отряды "зеленых беретов" всегда брали с собой противогазы и газовые гранаты для экстренного ухода от преследования.
Об этом также вспоминал ветеран Джон Пластер — бывший офицер специальных подразделений США. В своих мемуарах он рассказал о стандартной практике ношения фосфорных гранат, которые формировали густое облако дыма — отличительный сигнал для своих пилотов. Но такие средства отличались не только эффективностью, но и драматичной опасностью: малейшая неосторожность могла привести к тяжёлым ожогам и трагическим последствиям. Тем не менее бойцы отдавали предпочтение им, поскольку аналоги были значительно менее эффективны.
Линдон Джонсон, Никсон и эпоха перемен: моральный выбор и новый курс
Война во Вьетнаме стала поворотным моментом в подходе американской политической элиты к вопросу химического и ядерного оружия. Понимая, что общественное мнение настроено критически к даже ограниченному использованию отравляющих веществ, 36-й президент США Линдон Джонсон дал старт масштабной утилизации запасов химического оружия. Его преемник, 37-й президент Ричард Никсон уже открыто провозглашает отказ страны от первоочередного применения таких средств, а также заявляет о прекращении их производства и перевозки.
Этот шаг не только стал символом новых моральных стандартов Америки, но и заложил фундамент для дальнейших международных договоренностей, сыгравших важную роль в разоружении конца ХХ века. Евгений Белаш акцентирует: именно тогда началось формирование современных принципов ядерного сдерживания и безусловного запрета на неограниченное применение химоружия.
Перестройка и взаимопонимание сверхдержав: Горбачев и Буш-старший
Настоящий прорыв произошёл с наступлением новой эпохи в отношениях между США и Советским Союзом. 41-й президент США Джордж Буш-старший и советский лидер Михаил Горбачев подписали в июне 1990 года знаковое соглашение о взаимном уничтожении химического оружия и прекращении его производства. По мнению Евгения Белаша, это стало привлекательным примером глобальной солидарности в предотвращении войны новейших технологий.
Были опасения, что после распада Союза Россия и другие бывшие республики могут отложить исполнение взятых обязательств. В действительности лишь в 2017 году Россия официально завершила уничтожение своих запасов химоружия, а в 2023 году аналогичный финал настал и для США.
Завершение длинного пути ликвидации складов смертоносных веществ ещё раз доказало: даже в период политических потрясений можно достичь целей безопасности, опираясь на диалог и солидарность.
Ядерное и химическое оружие: между технологиями и гуманизмом
Не стоит забывать, что технологический прогресс не прекращался даже в годы, когда на политическом уровне шло разоружение. К примеру, в США были разработаны так называемые бинарные типы химоружия, отдельные составляющие которых не считались опасными и за пределами стандартных ограничений. Когда же компоненты смешивались при выстреле или сбросе, они вступали в реакцию, превращаясь во всё ту же опасную субстанцию. Подобные разработки подтверждают: даже на фоне политики утилизации оставались опасения возникновения "асимметричных" угроз со стороны нестабильных государств или радикальных лидеров.
Тем не менее основная стратегия обращения с оружием массового поражения стала более человечной. Как подчёркивает Евгений Белаш, организация сложного процесса уничтожения химического оружия требовала огромных вложений и времени, но именно такой путь помог постепенно выгнать эти архаичные угрозы из современного мира.
Вклад исследователей и сила конструктивного диалога
Исследования, посвящённые опасности химического и ядерного оружия, сыграли ключевую роль в формировании общественного и политического консенсуса. Работы таких экспертов, как Стивен Залога, который в 1989 году в книге "Red Thrust — Красный удар" подробно рассматривал возможные сценарии ядерных и химических конфликтов, активизировали разговоры о необходимости контроля и взаимного доверия во всем мире.
Отражая исторический опыт конфликтов, связанных с применением передовых вооружений, ученые, военные и политики пришли к важному выводу: главное оружие человечества — не бомбы и газы, а способность к диалогу, сотрудничеству и совместному принятию решений. История войны во Вьетнаме через призму взглядов Евгения Белаша и других авторитетных историков убеждает — даже в самые острые моменты всегда возможно найти путь к миру и рациональности.
Сегодняшнее общество, руководствуясь этими уроками, уверенно смотрит в будущее, делая ставку на глобальное сотрудничество ради сохранения мира и жизни на планете.
