Последние события вокруг ядерных объектов Ирана вновь оказались в центре мирового внимания. США нанесли удары с применением современных вооружений – мощных противобункерных бомб GBU-57 и стратегических бомбардировщиков B-2, а также ракет Tomahawk. Но насколько реальна была угроза ядерной программе Ирана? Эксперт Алексей Анпилогов увидел за операцией скорее демонстративный жест и верит, что никакой критический урон иранским ядерным объектам нанесён не был.
Грандиозная операция или политический шантаж?
Военные удары по иранским объектам, объявленные президентом США Дональдом Трампом как “решительная мера” для пресечения ядерных амбиций Ирана, вызвали широкий резонанс. Однако специалисты в оборонной сфере, включая Алексея Анпилогова, отмечают, что практический эффект от таких атак весьма ограничен. Даже самая современная бомба GBU-57 способна проникнуть в грунт лишь на 60 метров, а в случае железобетонных укрытий этот показатель и вовсе снижается до трёх метров.
Крупнейшие центры иранской ядерной инфраструктуры – в Натанзе и Фордо – расположены глубоко под горными массивами или защищены множеством инженерных барьеров. Такое укрепление создаёт практически непреодолимую защиту для любого неядерного оружия. Анпилогов подчёркивает, что все ответственные лица прекрасно осведомлены о малой эффективности подобных ударов против столь укреплённых целей.
Сценарий планирования операции: реальная угроза или показательная атака?
По мнению эксперта, задача по уничтожению ядерных объектов изначально не ставилась. Цель американской атаки, весьма вероятно, ограничивалась повреждением инфраструктуры – вентиляционных шахт, входов, отдельных элементов жизнеобеспечения. Однако и здесь остаётся множество резервных систем: тайные выходы, замаскированные энерго- и вентиляционные узлы, которые заранее или на случай атаки всегда предусмотрены при проектировании подобных стратегических объектов.
Таким образом, США скорее демонстрировали технические возможности своего оружия и решимость продолжать курс на сдерживание, чем планировали добиться реального уничтожения инфраструктуры. Всё это, отмечает Анпилогов, делает операцию исключительно пиар-акцией, рассчитанной на внутреннюю и внешнюю аудиторию, но никак не на достижение стратегических военных целей.
Ответ Ирана и мировая реакция: сдержанность и уверенность
Международное агентство по атомной энергии (МГАТЭ) сразу же сообщило об отсутствии повышения радиационного фона в районах атакованных объектов, а иранская сторона подтвердила атаки, выразив уверенность, что подобные действия не остановят развитие ядерной программы. Корпус стражей исламской революции (КСИР) подчеркнул право Ирана на самооборону и пообещал дать ответ за пределами стандартных сценариев противодействия.
После авиаудара иранские силы провели свои собственные акции в адрес Израиля, запустив новейшие ракеты Kheibar Shekan с несколькими боеголовками, тем самым демонстрируя способность к быстрому реагированию на любые угрозы.
Будущее иранско-американского противостояния: дипломатия вместо эскалации
Несмотря на высокотехнологичные средства, которыми располагают вооружённые силы США, практика обострения ситуации вокруг Ирана переходит скорее в область политических сигналов и демонстрации силы, нежели в реальные шаги по уничтожению объектов жизненно важной инфраструктуры. Эксперты отмечают, что Вашингтон и Тегеран понимают уровень взаимных угроз и демонстрируют сдержанность, избирая путь дипломатии, даже обмениваясь силовыми акциями.
Дональд Трамп позиционирует атаку как решительный шаг в борьбе с ядерным потенциалом Ирана, однако большинство наблюдателей склонны согласиться: речь идёт о символическом ответе и очередной демонстрации технологий, а не о попытке решить проблему военным путём раз и навсегда.
Оптимистичный сценарий: новые стандарты безопасности и переговоров
Ядерная программа Ирана остаётся под контролем МГАТЭ, и последние события показали, что даже в условиях резких заявлений и ограниченных ударов, международные механизмы безопасности способны предотвращать эскалацию. Стороны, имеющие противоположные интересы, демонстрируют готовность к диалогу при сохранении своих позиций и демонстрации силы.
Опыт операций с применением GBU-57, B-2 и Томагавков, наряду с жёсткой риторикой и ответственными действиями КСИР, свидетельствует о том, что потенциал взаимопонимания и стабильности сохраняется. Это укрепляет веру в то, что будущее ближневосточного региона определяется не только конфликтами, но и усилиями по поддержанию баланса и деэскалации.
Источник: vz.ru
